Главная Доставка Статьи Оптовикам Контакты
Доспехи
Старинное оружие
Японское оружие
Огнестрельное оружие
Панно, трофеи
Подарочные трости
Эксклюзивные подарочные книги
Предметы с золотом
Арбалеты
Луки

Горячая линия 8 (495) 210-45-02

Статьи  /  Роман плаща и шпаги  /  Волчье солнышко 

Волчье солнышко

Юлия Галанина

Волчье солнышко


...Луна - волчье солнце - ярко освещает путь своих серых детей.
Стая бежит по опушке леса. Кажется, что кроме волков в мире нет больше живых. Застыли черные деревья, замерли кусты в снежных рясах. Тихо и морозно. Безлюдно.
Лунный воздух пьянит, в нем разлита опасность и это здорово! Лапы погружаются в свежий снег, он набивается между подушечками, подтаивает и смерзается в ледяные комочки. Но пока это не страшно, скоро привал, можно, не спеша, выкусить ледышки, чтобы не мешали. А сейчас - обманчиво неторопливым, но ходким махом, по снегу, под луной, след в след...
... - Да проснись же ты!
Робер тряс своего друга за плечи.
Нед вырвался из сна, резко сел.
- Тебе опять снилось! - Робер даже не спрашивал, утверждал.
Нед в ужасе замотал головой, вцепился обеими руками в кожаный мешочек, висевший на шее на шнурке.
- Я... я... не... Не хотел я!!!
В мешочке были мощи малоизвестного святого и заговоренные травы, купленные на летней ярмарке за сходную цену. Помогали они плохо, ровно на свою стоимость.
- Смотри, накличешь беду... - Робер устало сел на свою лежанку. - Борцы с нечистью разбирать не станут, хочешь ли ты этих снов, или нет. Сожгут. Сам же знаешь. Хорошо, что я проснулся, - а вдруг кто другой услышит, как ты воешь во сне в полнолуние?
- Я не оборотень!!! Мне просто снится! Это сглаз, порча, - Нед сжал мешочек так, что в нём что-то хрустнуло и мелкая сенная труха посыпалась из швов.
- Да знаю я... - Робер зевнул. - Спать давай, только без выкрутасов. Мездрятина поднимет ни свет, ни заря, ему и праздник не указ, кабану.
Нед, как был в одной холщовой рубахе, опустился на холодный пол, прямо перед лежанкой.
Стал на колени, лицом в сторону реки, где находилась ближайшая часовня святого Гуверта, покровителя охотников и беспощадного истребителя оборотней, и сотворил страстную мольбу, прося оградить от бесовских снов.
Крутобедрая, словно разбитная девица, луна заглядывала в оконце каморки учеников кожевника. Освещала грубый стол под окном, два табурета. Всё остальное пряталось в тени.
Нед поднялся с колен и вздохнул: в его сне луна была другая, лесная, строгая и чистая. Он забрался на тюфяк под домотканое покрывало и забылся нерадостным, зато безопасным сном без сновидений.
Вольный город Лионвилль спал под высокими черепичными крышами.
Спали и его мастеровые предместья: кузнечное, кожевенное, гончарное.
Спали деревушки окрест.
Мертвенный свет заливал заснеженные поля. Тишина и безлюдье. И лишь по краю леса неслись след в след волки, легкие, словно лунные тени.

***

Всем хорошо кожевенное производство, надежный кусок хлеба у того, кто этим делом занимается. Да только вонючее больно. Непривычного человека - и вовсе с ног валит. А что делать - без ям, наполненных такой гадостью, что в приличном месте и не скажешь ее состав, не получишь ни мягкой замши, ни крепкой юфти. Кожевенника по запаху сразу опознать можно, как он не мойся, не трись, хоть с щелоком, хоть с песком.
Потому и предместье кожевников стоит особняком, у реки.
И без дела кожевники в город особо не шатаются. Очень надо.
Даже в день святого Гуверта.
Зачем? Часовня святого в предместье есть.
Ежели надо - иди к реке, на опушке леса она и стоит. Святой охотник и при жизни жильё не жаловал, поэтому часовни его всё больше по лесам стоят, на скрещениях тропинок.
Нед хотел ещё днем в часовню придти - Мездра, хозяин, не дал. Ему день святого Гуверта не указ, громила-кожевенник лишь святого Юба признавал, покровителя всех кожедеров и кожемяк. Только вечером отпустил, когда низкое солнце закатилось за ели. И то, бурча под нос что-то непотребное.
Нед и Робер со всех ног понеслись к реке.
Они спешили: надо успеть до полуночи. В свой день святой Гуверт, говорят, может исполнить самое заветное желание.
Значит, и порчу с Неда может снять. Пока не поздно. Потому что с такими снами до следующего дня святого Гуверта Нед вряд ли доживёт, на костре закончит.

***

Часовня была как крепкая лесная ель: шатром. Тянулась к небу острой гранёной маковкой.
Робея, Нед с Робером отворили створку тяжелой двери, протиснулись внутрь.
Огляделись.
По правую руку высилось узкое витражное окно. На нём святой Гуверт, подбоченившись в седле, трубил в рог, а у ног коня рвались с натянутых сворок собаки.
Прямо был алтарь. Огоньки свечей мерцали на нём. Сквозь витраж глядела полная луна.
Из неприметной боковой дверцы вышел к алтарю причетник, несколько удивлённый поздними посещением часовни: праздничная служба началась в обед и закончилась три часа назад. Подношения прихожан были столь щедры, что причетнику предстояло провести бессонную ночь, считая и сортируя монеты самой разной чеканки.
- Что привело вас сюда, дети мои? - дружелюбно спросил причетник, увидев переминающихся у двери мальчишек, учеников мастера Мездры, будущих подмастерьев.
Нед с замершим сердцем шагнул вперед.
Робер присел на скамью неподалеку от входа.
Нед сбивчиво рассказывал причетнику про свои опасные сны, которые не в силах прогнать даже заговоренные травы и святые мощи.
Причетник слушал и кивал.
- Понятно. Пойдем, сын мой, - поманил он Неда.
Они вошли в алтарные ворота и очутились в полукруглой нише. Там, прямо на полу, в выложенном из речных окатышей кольце трепетал огонь. На стене висели рог, плеть и кинжал.
Причетник достал из полумрака обычный свечной огарок. Запалил от огня лучинку, лучинкой зажёг свечу.
- Это костер святого Гуверта, - пояснил он. - Держи.
Нед растерянно принял огарок, прикрыл огонек ладонью от сквозняка.
- Сегодня святой Губерт исполнит твою просьбу, - улыбнулся причетник. - Иди к нему, скажи желание и задуй огонь. И все будет.
- Куда идти-то? - не понял сбитый с толку Нед.
- К витражу, сын мой, - улыбка причетника стала ещё шире. - Только следи, чтобы огонек по дороге не погас, иначе ничего не сбудется. Береги его - сквозняки у нас тут коварные.
Нед скованно вышел из алтаря. Осторожно ступая, пошёл по проходу меж скамьями, глядя только под ноги, больше всего на свете страшась запнуться обо что-нибудь в полумраке часовни, упасть и затушить огонёк. Он даже дышать боялся.
Сквозняки гуляли по часовне, огонек прыгал на конце фитиля, Нед прикрывал его ладонью.
Позади тихо шаркал причетник. Если бы Нед обернулся, он бы увидел улыбку на лице старика и, возможно, перестал бы так отчаянно бояться за огонь. Но ни за что в жизни Нед бы не обернулся, не оторвался от крохотного пламени огарка.
Робер было кинулся к другу с вопросами - причетник резким движением руки остановил его, без слов приказав не мешать.
Нед почти дошёл, он миновал скамьи, свернул к окну, и до витража осталось шагов шесть, не больше.
Статный охотник, трубящий в рог, был совсем близко.
Сильный порыв ветра хлестнул по руке. Ладонь куполом накрыла огонь, не пропустила ветер. Но за спиной с глухим стуком упал на пол часовни причетник. И дико закричал Робер...
Нед развернулся всем телом - и шагнул назад, чтобы не столкнуться с Робером, пятящимся от тела мёртвого священника.
Робер замолк, замер. И Нед окаменел, прикрывая свечу.
Над телом священника стоял святой Гуверт. Почти такой же красивый, как на витраже, в высоких, по бедра, охотничьих сапогах, лихо заломленной шапочке с пышным пером, с кинжалом на поясе. Только рога у него не было, и собаки остались за дверью. Зато двое слуг красавца сноровисто закладывали засов на двери часовни, отрезая ее от внешнего мира.
- Барон Лотар, - ахнул еле слышно Робер.
- Какой хлипкий старик оказался, - рассматривая труп, задумчиво сказал барон. - Деньги у него в каморке. Жиль, туда!
Один из слуг кинулся к боковой двери.
Доставая кинжал, барон перешагнул через причетника.
- Беги, Нед!!! - заорал Робер, наклонил голову и бычком ринулся на охотника.
Да только бежать было некуда. С одной стороны стена часовни, с другой - ряд длинных скамей до алтаря. Витраж высоко. Проход к боковой двери - по другой стороне часовни.
Нед и не видел этого, просто знал, тихо пятясь по проходу между стеной и скамьей.
Видел другое, что и не знать бы вовек.
Он видел, как Робер упал, и барон хладнокровно добил первого из нежданных свидетелей, сноровисто и умело, словно подранка во время охоты.
И, не спеша, шагнул ко второму, смертельно перепуганному мальчишке.
Нед видел, как умирает Робер.
Хотел закрыть глаза, - они не закрывались. Смотрели, как вытекает из друга жизнь вместе с кровью. И волосы Неда стали лунного цвета.
Мгновения растянулись - медленно, очень медленно, шагал беспощадный охотник, Нед упёрся в каменную стену. Отступать дальше было некуда, холод камней леденил спину, а охотник нарастал, словно с каждым шагом становился всё выше и выше.
Барон Лотар наслаждался подобными моментами: это было лучше, чем свернуть шею старику, даже не разглядевшему толком свою смерть, лучше, чем зарезать ослепленного яростью подростка, напоровшегося на охотничий кинжал слишком быстро.
О нет, видеть, как съёживается под изображением святого Гуверта поседевший в одночасье щенок-кожевник, как ужас плещется в его распахнутых глазах... Ноздрями, всей кожей впитывать этот ужас, запах близкой смерти, исходящий от жертвы... Разумной, говорящей, человеческой жертвы... Никакая охота не могла дать такого наслаждения. Барон приветливо улыбнулся загнанному в угол мальчишке.
Нед вздрогнул.
Но не от улыбки барона.
В этом углу часовни не было сквозняков. Даже от витража, настолько плотно были вставлены в свинцовые переплеты его цветные стеклышки. И понемногу расправившее крылья пламя огарка лизнуло укрывающую его ладонь.
Нед вспомнил, зачем он шёл сюда, к святому Гуверту. Зачем берёг пламя.
И пожелал.
Барону показалось, витраж ожил в лунном свете. Одна из собак порвала туго натянутую сворку и прыгнула на него, метясь в горло.
Потом понял, что ошибся - не собака, волк. Молодой ещё, плохо владеющий новым телом.
Нед с непривычки промахнулся, не достал, лишь сшиб барона с ног. Волк и человек покатились по полу. Только человек был опытный, а волк - нет.
Чувствуя, как распарывает кинжал кожу, Нед дёрнулся, отпрянул от охотника и изо всех сил прыгнул навстречу своему солнцу, светившему за окном.
Лунный волк пробил витраж часовни и исчез, оставив после себя лишь осколки разноцветного стекла и кусочки свинца. Кровавый след подраненного оборотня уводил за реку.
Будь барон не так помят во время нападения, он бы кинулся в погоню по кровяному следу. Но сейчас Лотар счел за лучшее быстро убраться из окрестностей вольного города Лионвилля.
Пожертвования часовне святого Гуверта, за которые поплатились жизнью старик и мальчишка, были крепко приторочены к седлу барона.

***

Зимнее солнце поднялось над лесом так же, как ровно год назад.
Ловчие встретили восход на своих местах.
Большая облава, посвященная дню святого Гуверта, началась.
Это была великолепная идея - устроить большую охоту в день покровителя охотников. Идея барона Лотара.
Ведь, похоже, самый искусный охотник в округе попал под отдельное покровительство святого, так успешны были его дела в этот год. И даже вольный город Лионвилль призадумался, не поступиться ли волей, не отдаться ли под сильную руку...
Облава началась.
Поднимая шум и гам, загонщики стягивали кольцо, направляя зверя на благородных охотников во славу святого Гуверта.
Стая затаилась в ложбине. Волки неподвижно лежали под прикрытием густых кустов. Снег под ними протаял почти до земли. Уши их подрагивали, - громкоголосая цепь загонщиков приближалась.
Люди переговаривались, предвкушали скорый отдых и горячий обед: этот буреломный угол был пустым, ничего живого не осталось в замерзшем лесу. Не повезло.
Загонщики прошли.
Ложбина ожила, выросли из снега волки.
Седой повёл стаю прочь, не пугаясь пахучих людских следов.
Сегодня они шли за ним, след в след. В день святого Гуверта он знал больше их.

***

Подранку-одиночке не выжить зимой. Чужак никому не нужен.
Но Неду повезло. Кинжал лишь подрезал кожу. Рана затянулась, а потом он встретил волков... Их было мало, стая поредела после очередной облавы. А зима вступала в самую свою суровую пору, когда охотиться лучше сообща. Новичка приняли, разрешили быть рядом. Не очень далеко, не очень близко. Для волков он был странный, но сильный. Высоко прыгал. Только неуклюже по волчьим меркам. Зато, вцепившись в крупную дичь, держал мертво, - за это ценили, не гнали прочь из стаи, как нахлебника. Когда же стало теплее и большая стая распалась на семьи, ушёл один.
И все лето провел в окрестностях замка барона Лотара, пытаясь добраться до хозяина замка всеми способами, и в волчьем обличье, и в человечьем. Неудачно.
А зимой волки снова сбились в стаю. И он был уже не чужак. И почти протоптал дорожку к замку. Но год подходил к концу. И началась большая охота. А вывести волков мог только он, Нед.
И лишь когда серые тени достигли чистого от загонщиков леса, растворились в нем среди наступающей темноты, седой волк повернул обратно. Его время почти вышло.

***

Такой охоте позавидовал бы и святой Гуверт, дичь везли возами.
Барон Лотар ехал верхом вдоль реки один, оставив надоевшую свиту. Все было отлично, о такой охоте еще сто лет вспоминать будут, только радости никакой. Куража нет.
По левую руку показалась заброшенная часовня святого Гуверта. Лотар усмехнулся. После гибели причетника люди обходили стороной это место, ведь добрый барон выстроил для них новую часовню святого, поближе к замку. А эту, оскверненную, забросили.
Барон вспомнил прошлый день святого Гуверта, вздохнул. Вот где был кураж, жгучее наслаждение. А сейчас - словно всё в золе вываляно, серое какое-то.
Моргнул огонек в глубине часовни, подмигнул барону из проломленного окна.
Барон усмехнулся, как оскалился, тряхнул головой, прогоняя наваждение. Огонь не исчез.
Барон направил коня к часовне, дернул дверь, вбивая сапоги в плиты пола, пошел к разоренному алтарю.
В алтарной нише, как в пещере, горел костер в кольце из речных окатышей.
Блеснули в свете огня спокойные волчьи глаза на той стороне костра.
Перемахнув через пламя, огромный зверь кинулся на охотника. И долгожданный кураж, безумный огонь охватили барона. Человек и волк сцепились в заброшенной часовне.
А потом волк встал над телом человека.
"Нет", - поправил Неда охотник с витража. - "Оборотень над телом оборотня".
"Спасибо тебе!" - Нед перешагнул через труп барона, пошёл к разбитому витражу.
"Ты просил год, и вот год завершается", - беззвучно трубил Гуверт. - "И ты сделал то, что хотел".
"Я знаю..." - молча смотрел Нед на святого.
" И что выберешь?" - поинтересовался с любопытством охотник. - "Решил?"
"Да. Я уйду к своим".
Волк легко прыгнул в пробитое окно. Луна погладила седую шкуру.
"А почему ты помог мне, святой Губерт?"- обернулся к витражу за спиной Нед. - "Ты, беспощадный истребитель оборотней? Я ведь шел к тебе с мольбой об избавлении от этого... Я год верил, что вернусь к людям после того, как отомщу за Робера. И только сейчас понял, что выберу волю".
"Потому что я беспощадный истребитель оборотней!" - молча расхохотался охотник. - "И я неплохой истребитель, должен признаться. Знатного оборотня ты завалил с моей помощью".
"А я?" - поднял уши торчком Нед.
"А ты, дружок, обычный волк. Ну какой из тебя оборотень? Бывай, герой. Твоё солнце тебе светит. Забегай иногда, поболтаем..."

+7 (495) 210-45-02