Главная Доставка Статьи Оптовикам Контакты
Доспехи
Старинное оружие
Японское оружие
Огнестрельное оружие
Панно, трофеи
Подарочные трости
Эксклюзивные подарочные книги
Предметы с золотом
Арбалеты
Луки

Горячая линия 8 (495) 210-45-02

Статьи  /  Роман плаща и шпаги  /  Хорошая пресса 

Хорошая пресса

Хорошая пресса


Ангел Смерти прибывал в Москву около пяти часов утра в понедельник рейсом 278 Рим-Москва.
Можете ли вы придумать что-нибудь более идиотское, чем стоять у выхода из зала прилета аэропорта Шереметьево-2 с табличкой «Ангел Смерти»? Надеюсь, что да. Потому что именно это мне и предстояло сделать.

Днем раньше мне позвонил мой работодатель. В сущности, нет ничего приятного в том, что кто-то звонит тебе в четыре утра воскресенья. Даже если вчера ты НЕ надрался. И даже если этот кто-то – мисс России, готовая немедленно приехать в гости и скрасить твое одиночество. Но мисс России меня не достать, если мой телефон отключен.
С Дьяволом такие штуки не проходят.
Если мой работодатель хочет меня разбудить, он это сделает даже в воскресенье. Надо сказать, что он поступает так вовсе не из садистских побуждений. По меньшей мере, не только из них. Просто он никогда не спит, и у него целую вечность не было выходных. Наверное, вы слышали о том, что Зло не дремлет. Так вот – это правда. Может быть, именно поэтому у него такой сложный характер.
­ - БУДЬ ЧЕРЕЗ ЧАС В ШЕРЕМЕТЬЕВО, – прогремело в трубке. – СЕГОДНЯ В ТВОЙ ГОРОД ПРИБУДЕТ АНГЕЛ СМЕРТИ. ТЫ ДОЛЖЕН ВСТРЕТИТЬ ЕГО И ОРГАНИЗОВАТЬ ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЮ. Я ПОРАЗМЫСЛИЛ НАД ТВОИМ ПРЕДЛОЖЕНИЕМ. ТО, ЧТО ТЫ ГОВОРИЛ, ИМЕЕТ СМЫСЛ.
Неделей раньше я набросал план по созданию его компании нового имиджа.
О чем сейчас очень жалел.
-­ Сегодня воскресенье, – мрачно сказал я. – Мой законный выходной. И я, между прочим, еще сплю.
­ - ТОГДА ОН ПРИБУДЕТ ЗАВТРА, - подумав мгновение, отозвался мой работодатель. – ЗАВТРА, Я НАДЕЮСЬ, НЕТ ВОСКРЕСЕНЬЯ?
­ - Завтра – нет, – пришлось признать мне.
­ - ВЫ, ЛЮДИ, ИЗОБРЕЛИ СТОЛЬКО СПОСОБОВ НЕ РАБОТАТЬ, ЧТО ЭТО ПОРАЖАЕТ ДАЖЕ МОЕ ВООБРАЖЕНИЕ, – проворчал он. – УДИВИТЕЛЬНО, КАК ВЫ УМУДРЯЕТЕСЬ ПРИ ЭТОМ ДЕЛАТЬ ХОТЬ ЧТО-ТО! НЕ ВЗДУМАЙ ОПОЗДАТЬ, ПОСКОЛЬКУ АНГЕЛ СМЕРТИ НЕ ПРИВЫК ЖДАТЬ.
­ - Как я узнаю его? – поинтересовался я.
­ - ОН САМ УЗНАЕТ ТЕБЯ, – сообщил мой работодатель. – У ВАС ЕСТЬ ТРАДИЦИЯ, ПРОСТО СЛЕДУЙ ЕЙ. НАПИШИ НА ЛИСТЕ «АНГЕЛ СМЕРТИ» И ВОЗНЕСИ ЭТУ НАДПИСЬ ПОВЫШЕ НАД ГОЛОВОЙ, КОГДА БУДЕШЬ ВСТРЕЧАТЬ ЕГО.
Некоторые люди уверены, что у Сатаны отличное чувство юмора. Они ошибаются. Иногда его шутки бывают ужасными. В остальное время они просто отвратительны.

Многие думают, что действительно хороший товар продаст себя сам, но так не бывает практически никогда. Наш, человеческий, мир устроен таким образом, что в нем мало быть хорошим – нужно еще и выглядеть таковым, если хочешь привлечь внимание. Никому не интересен обычный замечательный парень Гарри (или, скажем, Вася), пока ему не подвернется возможность спасти мир или отдельно взятую Прекрасную Даму. Как правило, до того, как спасти мир, он даже не думал о том, что чем-то замечателен. Более того, если никто не узнает о том, что именно Гарри (или Вася) спас мир, этот парень так и останется обыкновенным провинциальным лопухом.
Поэтому и существуют такие люди, как я.
Именно мы делаем из лопухов героев и из обычного порошка – волшебный. Даже если изначально они не были такими уж замечательными. Это такая работа – превращать просто вещи в очень-очень клевые вещи, которые вам позарез нужны.
Я думал, что владею этим искусством в совершенстве, пока однажды меня не нанял мой нынешний работодатель. В принципе, дела его компании идут очень неплохо, хотя с моей точки зрения, его товар обладает весьма низкой ликвидностью.
Что Вы сказали? Чем он занимается?
Мой работодатель – монополист на рынке вечных мук. Поверьте мне, в современном мире даже монополист не способен выжить без грамотного пиара. Особенно, если его фактические цели сильно отличаются от тех, которые он декларирует.

Люди смотрели на меня, как на идиота, но это меня вовсе не смущало.
Ну, скажем так – почти не смущало.
Если вам платят такие деньги за то, чтобы вы выглядели идиотом, то вы, возможно, актер или политик, но ни в коем случае не идиот. Идиот – это тот, кто все то же самое делает бесплатно.
Я стоял у стеклянных раздвижных дверей – вжик-вжик, туда-сюда – со своей дурацкой табличкой уже минут двадцать, когда он наконец-то соизволил появиться. Кто угодно, посмотрев на него, сказал бы: «Если вы что-то продаете, то мне это не нужно!»
Кто угодно, но не я.
Чем хуже выглядит то, что вы продаете, тем больше денег вы заплатите мне в итоге за то, чтобы это выглядело привлекательно.
Худощавый, высокий, одетый в потертые черные джинсы и кожаную куртку на голое тело, он смахивал на недавно завязавшего наркомана или подержанную рок-звезду, но никак не на официального представителя солидной компании.
Волосы его были довольно грязными, поэтому их истинный цвет я определить не смог. В правой руке мой клиент держал полутораметровый меч, а в левой – открытую и почти опустошенную бутылку Реми Мартин ХО. Крылья за его спиной были раскрыты; время от времени он задевал ими людей, спешащих к выходу из аэропорта. Некоторые из прохожих хмурились, другие изумленно озирались, впрочем, не замечая вокруг ничего необычного. Люди вообще крайне редко видят то, что не соответствует их представлениям о реальности. Разве что сотрудник охраны проводил прибывшего пассажира беспокойным взглядом, но, увидев меня, тут же потерял к нему интерес. Если кого-то встречают в аэропорту с табличкой, значит, этот кто-то – важная персона.
А важные персоны, как правило, не любят излишне пристального внимания.
­ - Доброе утро, – мрачно поздоровался я и был вынужден задержать дыхание. От моего клиента несло свежей землей, гнилью и плесенью. Его куртка была не слишком новой и давно не стиранной – может быть, этим все объяснялось. Но, возможно, не только этим.
Он сказал, что его зовут Сэм, что он ангел смерти и что ему здесь не нравится. Я ответил, что мне тоже, но ничего не поделаешь – это Шереметьево. Он хмыкнул и допил коньяк одним глотком. Пустая бутылка растаяла у него в руке. Он подождал моей реакции, но я сделал вид, что ничего не заметил.

Небо сочилось золотым песком, воздух над землей дрожал и подергивался, посверкивали холеными боками справа и слева разноцветные автомобили.
Ленинградка стояла от самого МКАДа.
­ - Воняет, – сказал Сэм.
Я пожал плечами. Пробки не любит никто, но даже всесильный московский мэр не способен отменить их. Шоссе впадало в город. Безнадежно и неотвратимо, как стремятся волжские воды в Каспийское море, стремились в Москву владельцы Рено и Жигулей, водители Вольво и Камазов, пассажиры Фордов и Волг. Стремились, чтобы купиться с потрохами на дешевые слоганы и яркие фантики.
«Не копи – купи!» – вопили биллборды. «Два-по-цене-одного!» – завывал плакат возле павильона мобильной связи. «Только сегодня!» – во весь голос орала мигающая надпись над входом в торговый центр. «Все по десять рублей!» – треснутой мандолинкой подвякивала картонка на лотке с копеечной китайской рассыпухой.
Давай-давай-давай!
Эти вопли, беззвучные, но оттого не менее реальные, бомбардировали мозг, лезли на глаза, расталкивая локтями конкурентов.
Тупые. Однотипные. Уродливые.
Это их голосами говорила с людьми столица.
«Купи дезодорант – и все телки сразу тебе дадут!»
«Купи йогурт – и твои дети станут послушными!»
«Купи пылесос – и будет тебе счастье!»
Я ненавидел Москву.
И последние два года я ненавидел свою работу.
Именно поэтому я и попал в Ад.
Собственно, с крупными проектами почти всегда так. Всегда приходится ехать на место, разговаривать с работодателем лицом к лицу и серьезно изучать то, что намерен пиарить, если хочешь получить хорошие деньги.
­ - Меня тошнит, – сказал Сэм.
­ - Только не в машине, – торопливо отозвался я, высматривая место для парковки.
­ - Сверни здесь, – буркнул он.
­ - Нельзя, – я покачал головой. – Придется пройтись пешком.
­ - У вас неудобный город, – сообщил он, помолчав немного. – И машина у тебя неудобная. И воняет.
­ - Это бензин, – сказал я. – Извини, не успел заехать в сервис.
Я удачно встроился за толстозадым джипом, резко вильнул и успел вписаться на свободное парковочное место прямо перед носом красной Хонды. Сэм вылез из машины, брезгливо повел плечами и проговорил:
­ - Твоя основная проблема заключается в том, что ты слишком привык перекладывать ответственность на других людей. При чем здесь сервис, если это твоя машина?
­ - Моя основная проблема заключается в том, что я не выспался, – отозвался я мрачно.
Довольно трудно быть совой в мире, где все червяки по умолчанию достаются жаворонкам. Утешает только то, что совам червяки, в общем-то, без надобности. Как известно, совам больше по вкусу мыши, лягушки и мелкие птицы.
Сэм огляделся и неторопливо зашагал в сторону, противоположную той, которая была нам нужна.
­ - Ты куда? – не понял я.
­ - Есть дело, – лаконично отозвался он.
­ - У нас пресс-конференция через два часа, – напомнил я.
Сэм остановился, обернулся ко мне и расправил крылья. Лицо его приобрело мрачное выражение – такое появляется на лице любого начальника в тот момент, когда вы напоминаете ему о том, что нехудо было бы все-таки заплатить за сверхурочную работу.
­ - У тебя что-то не готово? – спросил он.
­ - У меня готово все, – ответил я. – Но... ты не хочешь отдохнуть после перелета?
­ - Если бы я делал, что хочу, пренебрегая тем, что следует делать, чем бы я отличался от человека? – спросил Сэм.
Не дожидаясь моего ответа, он отвернулся и двинулся прямо через улицу. Несколько машин затормозило прямо перед ним, однако ни гудков, ни ругани я так и не услышал.
­ - Я могу узнать, куда мы вообще направляемся? – поинтересовался я.
Ненавижу, когда мне ломают планы.
­ - Можешь, – отозвался Сэм. Помедлил – и добавил, – Люди вообще очень многое могут, но делают в основном всякую дрянь. Удивительные существа.

В квартиру, расположенную на четвертом этаже элитного кирпичного дома, мы поднялись по лестнице. Оба лифта были оккупированы гастарбайтерами, доставлявшими на седьмой отделочные материалы.
Почему-то ни один из виденных мною Падших Ангелов в нашем мире летать даже не пытался. Они носили крылья, как некоторые носят часы от Картье: вовсе не для того, чтобы узнавать время, а как знак статуса.
­ - Зачем мы пришли сюда? – спросил я.
­ - Работа, – ответил Сэм. – Ты можешь подождать на лестнице. Мне нужно убить кое-кого. Это не займет много времени.
­ - И ради этого мы уже потеряли час? – возмутился я. – Неужели нельзя было поручить это кому-нибудь еще?
Сэм усмехнулся и легонько толкнул новенькую стальную дверь. Я сомневался в том, что хозяин квартиры был так любезен, что оставил ее незапертой, однако дверь распахнулась сразу же.
­ - Если хочешь, чтобы работа была сделана как следует, – нравоучительно заметил Сэм, – сделай ее сам.
­ - Или смени начальника кадрового отдела, – сказал я.

Мужчина сидел в кухне за барной стойкой и пил кофе, тревожно поглядывая на висящие над кофеваркой часы.
­ - У нас есть еще семь минут, – сказал Сэм и уселся напротив хозяина квартиры. Я прислонился к дверному косяку и прикрыл глаза. Жутко хотелось спать.
Некоторые могут обвинить меня в черствости и жестокости. Еще бы! Зная, что через семь минут рядом со мной умрет человек, я спокойно дремал. Но, во-первых, я не выспался, а во-вторых, чем я мог ему помочь? Есть дела, которые можно сделать только самостоятельно. К примеру, даже очень богатые люди не могут нанять кого-нибудь для того, чтобы он ходил за них в уборную.
То есть, нанять-то могут, а толку?
Впрочем, если быть совершенно честным, я и не хотел ему помогать.
Если задуматься, люди действительно устроены довольно странным образом. Чем больше ты помогаешь им, тем меньше они готовы делать сами и тем с большим удовольствием они будут ездить на тебе. Ведь можно же!
Кофе умопомрачительно пах корицей и мускатом, а за окном захлебывались ликующим чириканьем беспокойные московские воробьи. Одинокая ворона, сидевшая на ветке линялого летнего тополя, с подозрением посматривала на нас сквозь стекло. Вероятно, ее смущали крылья Сэма.

Он предложил мне сотрудничество осенью прошлого года. В нем не было ничего инфернального: я не заметил ни хвоста, ни рогов, ни запаха серы. Некоторые думают, что корпоративный дресс-код придумал Дьявол. Это правда. Но это вовсе не означает, что он сам всегда соблюдает его.
Кстати, тот, кто придумал смерть, тоже ее не практикует.
Мы встретились на нейтральной территории, в «Шоколаднице» на Поклонной горе. С собой мой будущий работодатель принес ноутбук неизвестной мне фирмы, с большим экраном и удобной бесшумной клавиатурой.
­ - Я РАД, ЧТО ВЫ НЕ ОПОЗДАЛИ, ¬¬– сказал он. – ФРИЛАНСЕРЫ ПОЧТИ ВСЕГДА ОПАЗДЫВАЮТ. МНЕ ЭТО НЕ НРАВИТСЯ.
Его голос не был громким. Просто как-то так получалось, что когда он начинал говорить, вы переставали обращать внимание на что-либо еще. Фактически, когда Дьявол берет на себя труд сказать что-либо, его слова не получается просто пропустить мимо ушей. Весьма важное качество для начальника крупной компании.
­ - Я умею ценить чужое время, – отозвался я. – Даже время тех, на кого я не работаю.
­ - ПОХВАЛЬНО, – мой будущий работодатель кивнул. – НАДЕЮСЬ, У ВАС ЕСТЬ И ДРУГИЕ ДОСТОИНСТВА. ИТАК, ЧТО ВЫ МОЖЕТЕ МНЕ ПРЕДЛОЖИТЬ ДЛЯ УВЕЛИЧЕНИЯ КЛИЕНТСКОГО ПОТОКА?
­ - Может быть, для начала Вы расскажете немного о Вашей компании? – предложил я.
Вместо ответа он развернул ко мне раскрытый ноутбук.
Рекламный материал у него был один – удивительно топорно сделанная в Пауэрпойнте презентация. Тому, кто писал для нее текст, следовало оторвать руки. Я так и сказал, досмотрев презентацию до конца.
­ - Я ДУМАЛ ОБ ЭТОМ, – обронил мой собеседник.
На самом деле, мне пришло в голову не только это, но я предпочел сперва хорошенько поразмыслить над увиденным. Это был один их редких моментов в моей жизни, когда я сомневался в том, что правильно выбрал профессию. Теоретически, мне предлагали большой, дорогостоящий и вкусный проект, за который я очень хотел бы взяться. Практически же…
Заголовок презентации был таким: «Ад!!! Это доступно каждому!!! Согрешите сегодня!»
Я очень, очень не любил, когда кто-нибудь пытался посмеяться надо мной.
И, что самое неприятное, я не чувствовал, что надо мной смеялись.
­ - Можете сказать, сколько Вы намерены вложить в рекламу своей компании? – холодно спросил я.
­ - ДЕНЬГИ НЕ ИМЕЮТ ДЛЯ МЕНЯ ЗНАЧЕНИЯ. ТОЛЬКО РЕЗУЛЬТАТ, – отозвался он.
­ - И все же? – упорствовал я.
Он назвал сумму.
Мне показалось, что я ослышался.
­ - Простите? – я приподнял правую бровь.
В принципе, это могло быть шуткой в стиле Дональда Трампа, если бы тот мог похвастаться русским чувством юмора и отсутствием чувства меры.
­ - Окей, – сказал я. – И что бы мы хотели получить в итоге?
­ - ЭТО НУЖНО ОБЪЯСНЯТЬ? – мой будущий работодатель нахмурился. – МНЕ КАЗАЛОСЬ, ЭТО ОЧЕВИДНО.
­ - Есть одна вещь, о которой нам следует договориться прежде, чем мы начнем работать, – сказал я. – Ничего очевидного или само собой разумеющегося не существует, поскольку мои представления об очевидных вещах могут отличаться от Ваших. Это одно из немногих условий моего сотрудничества с любым работодателем. Оно помогает избежать лишних конфликтов.
­ - СОГЛАСЕН. КАКОВЫ ОСТАЛЬНЫЕ? – помолчав, кивнул он.
­ - Воскресенье – выходной, – быстро сказал я.
­ - ПУСТЬ БУДЕТ ТАК. КАК ЧАСТО У ВАС СЛУЧАЕТСЯ ВОСКРЕСЕНЬЕ? – уточнил он.
­ - Э-э… Каждый седьмой день, – ответил я.
­ - НЕОРИГИНАЛЬНО, – буркнул он.
­ - Зато удобно, – парировал я.
Я понял это уже довольно давно: как бы ни была нужна вам работа, насколько бы ни нравился вам клиент и его условия, нельзя позволять себе соглашаться со всем, что говорит тот, кто вам платит. Это внушает ему уверенность в собственном превосходстве и всемогуществе. Всегда настаивайте на своем и всегда спорьте, пусть даже чисто символически.
Это заставит работодателя уважать вас.
Я не был уверен, что с Дьяволом это прокатит, но попробовать стоило.
­ - УДОБНО, – с удовольствием повторил он, покатав языком слово, как леденец. – КАКОЕ ЗАБАВНОЕ СЛОВО. ШЕСТЬ ГЛУПЫХ БУКВ, НО КАКОЙ МОЩНЫЙ ПОСЫЛ, КАКОЙ ГЛУБОКИЙ, НЕПОВТОРИМЫЙ СМЫСЛ! ОНО ТАК ВАМ НРАВИТСЯ?
­ - Нравится? – я улыбнулся. – Пожалуй, нет. Но это слово часто помогает мне на переговорах. Иногда нельзя сказать, плохо или хорошо то или иное решение, но можно точно определить, удобно оно или нет.
­ - ТАК Я И ДУМАЛ, – мой будущий работодатель задумчиво кивнул и с осторожностью отпил кофе из своей чашки. Скривился и сплюнул на пол, ничуть не заботясь о впечатлении, которое это могло бы произвести на окружающих.
Могло бы.
Потому что никто, кроме меня, не обратил на это внимания, а кофейный плевок мгновенно исчез.
­ - ВМЕСТО ТОГО, ЧТОБЫ ПОЗНАВАТЬ РАЗНИЦУ МЕЖДУ ДОБРОМ И ЗЛОМ, ВЫ ДАВНО УЖЕ ЗАНИМАЕТЕСЬ ДЕЛЕНИЕМ ВСЕХ ВЕЩЕЙ МИРА НА УДОБНЫЕ И НЕУДОБНЫЕ, – продолжил он.
Я хотел было сказать ему, что люди несовершенны и потому было бы глупо требовать от них идеального поведения, но вовремя прикусил язык. Дьяволу вряд ли был так уж необходим специалист по изреканию банальностей.
­ - ИЗ НЕСКОЛЬКИХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ ЛЮДИ СКЛОННЫ ВЫБИРАТЬ НЕ ЛУЧШЕЕ И УЖ ТЕМ БОЛЕЕ НЕ САМОЕ ПРАВИЛЬНОЕ, НО ТО, КОТОРОЕ СУЛИТ ИМ НАИБОЛЬШЕЕ УДОБСТВО, – сказал он.
В этот момент я наконец-то почувствовал себя в своей тарелке. Я точно знал, зачем он все это говорит и к чему подводит. Как собака, я напал на след. Как вода, я нашел трещину. Как звонок будильника, я готов был ввинтиться в трогательные теплые уши еще крепко спящего человека.
­ - Нескольких? – спросил я. – Не знал, что у... Вашей компании есть конкуренты.
­ - ВЫ УДИВИЛИ МЕНЯ, – голос моего будущего работодателя был полон сарказма. – МНЕ КАЗАЛОСЬ, ЧТО СЕГОДНЯ ВСЕ ЗНАЮТ О СУЩЕСТВОВАНИИ РАЗЛИЧНЫХ РЕЛИГИЙ...
­ - Вы хотите сказать, что джаханнам, геенна, зиндан и шибальба – это не ваши филиалы, а независимые конторы конкурентов? – уточнил я. – И они мешают расширению вашего бизнеса?
­ - ВЫ НЕПЛОХО ОБРАЗОВАННЫ – ДЛЯ ПИАРЩИКА, – усмехнулся Дьявол. – КОНЕЧНО, ВЫ ПЕРЕЧИСЛИЛИ НЕ ВСЕ НАШИ... – он бросил быстрый взгляд на монитор ноутбука, – СКАЖЕМ ТАК – ДОЧЕРНИЕ ПРЕДПРИЯТИЯ. НО КАКОЙ ЧЕЛОВЕК НА ЭТО БЫЛ БЫ СПОСОБЕН? ВПРОЧЕМ, НЕ В ЭТОМ ДЕЛО. В ДАННЫЙ МОМЕНТ Я ГОВОРЮ О БУДДИЗМЕ.
­ - И чем вам мешают буддисты? – с интересом спросил я.
­ - БУДДИСТЫ, – отозвался он, помолчав немного, – ОПАСНЫЕ ЛЮДИ. ОНИ ЗНАЮТ О ТОМ, ЧТО ДУША БЕССМЕРТНА, ОДНАКО УВЕРЕНЫ, ЧТО ИСПРАВИТЬ ВСЕ МОЖНО В ЛЮБОЙ МОМЕНТ. ЕСЛИ ТЫ ПЛОХ, ТЫ ПРОЖИВАЕШЬ ПЛОХИЕ ЖИЗНИ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА НЕ НАЙДЕШЬ В СЕБЕ СИЛЫ ИСПРАВИТЬСЯ.
­ - Мне кажется, это неплохая теория, – заметил я осторожно. – Каждому хочется, чтобы у него был шанс на приличное бессмертие.
­ - О, ДА, – Дьявол усмехнулся. – ЭТО ОЧЕНЬ ПРИЯТНО – ЗНАТЬ, ЧТО ВПЕРЕДИ У ТЕБЯ СКОЛЬКО УГОДНО ВРЕМЕНИ НА ТО, ЧТОБЫ СТАТЬ ДОСТОЙНЫМ УВАЖЕНИЯ СУЩЕСТВОМ. «Я СДЕЛАЮ ЭТО В СЛЕДУЮЩЕЙ ЖИЗНИ», – ДУМАЕТЕ ВЫ. НЕСОМНЕННО, ТАКАЯ ВЕРА ДОЛЖНА НРАВИТЬСЯ ЛЮДЯМ БОЛЬШЕ ТОЙ, КОТОРАЯ ОБЕЩАЕТ ВЕЧНОЕ ПРЕБЫВАНИЕ В АДУ ТЕМ, КТО НЕ НАЧНЕТ РАБОТАТЬ НАД СОБОЙ ПРЯМО СЕЙЧАС. ПОЭТОМУ Я И РЕШИЛ ОБРАТИТЬСЯ К ВАМ. РАСПРОСТРАНЕНИЕ ЭТОЙ ТЕОРИИ НЕВЫГОДНО НАШЕЙ КОМПАНИИ.
­ - Но... – я внимательно посмотрел на него. Его лицо было бесстрастным, – она верна?
Мой собеседник неприятно улыбнулся и закрыл ноутбук.
­ - ЭТОГО Я ВАМ НЕ СКАЖУ, – ответил он.
­ - Но я должен знать, как на самом деле обстоят дела, чтобы найти максимально эффективную стратегию продаж! – возмутился я. – Я – ваш потенциальный пиарщик, а не клиент.
­ - ВЫ – ЧЕЛОВЕК, – ответил мой будущий работодатель.
В его исполнении это звучало примерно так же, как если бы я сказал: «Вы – крыса».
Я промолчал. Кофе был мерзким. Кажется, я насыпал в чашку слишком много сахара. Какого черта они ставят сахарницы на стол?
­ - ИТАК, НАСКОЛЬКО ВАМ ЭТО ИНТЕРЕСНО? – поинтересовался Дьявол.
Я знал, как можно сделать то, что ему нужно. Я хотел эту работу так, как не хотел ничего и никогда в жизни. Это было гораздо лучше, чем рекламировать йогурты и пылесосы. Но…
­ - Наиболее эффективно я работаю тогда, когда мне никто не мешает, – сказал я. – Нанимая меня, вы покупаете мой опыт и будет не вполне удобно, если мне будут постоянно рассказывать, как и что я должен делать.
­ - ВЫ ПОЛАГАЕТЕ, Я БУДУ ПЛАТИТЬ ВАМ ЗА ТО, ЧТОБЫ ВЫ СЛУШАЛИ, КАК Я СЧИТАЮ НУЖНЫМ ДЕЛАТЬ РЕКЛАМНУЮ КАМПАНИЮ? – его брови взлетели вверх. – ЕСЛИ БЫ Я СЧИТАЛ, ЧТО СПЛАНИРУЮ ЕЕ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ВЫ, Я БЫ СДЕЛАЛ ЭТО. ВЫ ВОЛЬНЫ ДЕЛАТЬ ТО, ЧТО НАХОДИТЕ ПОЛЕЗНЫМ ДЛЯ ИМИДЖА КОМПАНИИ.
И что, я должен был ответить, что мне это неинтересно?
Конечно, иногда я бываю похож на придурка, но не тогда, когда дело касается моей работы. Разумеется, я согласился.
­ - Я МОГУ ПРЕДЛОЖИТЬ ВАМ МЕСТО НАЧАЛЬНИКА ПРЕСС-СЛУЖБЫ, – сказал мой будущий работодатель. – СОЦПАКЕТА НЕТ, НО РЕГУЛЯРНОЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ Я ВАМ ОБЕСПЕЧУ.
­ - Я не работаю в офисе. Только фриланс, только попроектно и только удаленно, – сказал я.
­ - ИЛИ, ЕСЛИ ХОТИТЕ, МЫ МОЖЕМ ОФОРМИТЬ КОНТРАКТ, – продолжил он, проигнорировав мою реплику.
Я торопливо отказался, заверив его, что вполне полагаюсь на его деловую репутацию. Не думаю, что для него стало бы проблемой обойти букву контракта.
- ­МОЖЕТ БЫТЬ, ВАМ НУЖНА ПРЕДОПЛАТА? СКАЖЕМ, ПЯТЬДЕСЯТ ПРОЦЕНТОВ? – поинтересовался он.
­ - Не нужно, – сказал я. – С Вашей компании я предпочту взять деньги по факту уже выполненной работы. Увы, в нашей сфере нельзя стопроцентно гарантировать получение нужного результата.
­ - ВЫ – НЕГЛУПЫЙ ЧЕЛОВЕК, – мой будущий работодатель тонко и неприятно усмехнулся. – МЕНЯ НАЗЫВАЮТ ОТЦОМ ЛЖИ. ЧТО, ЕСЛИ Я РЕШУ… КАК ЭТО У ВАС ПРИНЯТО НАЗЫВАТЬ?... КИНУТЬ ВАС, ВЫ НЕ СМОЖЕТЕ ПРИНУДИТЬ МЕНЯ ВЫПЛАТИТЬ ВАМ ГОНОРАР.
­ - Не смогу, – подтвердил я. – Что поделаешь, такова участь фрилансера. В этом случае мне придется рассказать коллегам о том, что у вашей компании, вероятно, начались финансовые трудности. Как Вам, к примеру, такой заголовок новости: «Дьявол кинул меня на 50 баксов»?
­ - ВЫ СОЛЖЕТЕ РАДИ ТОГО, ЧТОБЫ ОЧЕРНИТЬ МОЮ РЕПУТАЦИЮ? КАК МИНИМУМ, ЭТО НЕОБЫЧНО, – он хмыкнул.
­ - Я – пиарщик, а не писатель, – я покачал головой. – Я никогда не лгу. Не сомневаюсь, что среди оказанных мной вашей компании услуг найдется хотя бы одна стоимостью в 50 баксов.
­ - ВЫ СЛИШКОМ САМОУВЕРЕННЫ, – отозвался он. – ЧТО, ЕСЛИ Я ОЦЕНЮ ИХ ВЫШЕ? ИЛИ СКАЖУ, ЧТО ВЫ НЕОПРАВДАННО ДОРОГО БЕРЕТЕ ЗА СВОИ УСЛУГИ, И МЫ НЕ ДОГОВОРИМСЯ?
­ - Что ж, – я поднялся из-за стола. – В любом случае, вы уже должны мне 50 баксов за первичную консультацию с выездом к заказчику. В моем профиле на сайте это указано.
­ - ВЫ НАНЯТЫ, – сказал Дьявол. – ЧЕРЕЗ НЕДЕЛЮ Я ЖДУ ОТ ВАС ПЛАН МЕРОПРИЯТИЙ НА БЛИЖАЙШИЕ ДВА ГОДА.
Эта встреча, как нетрудно догадаться, изменила для меня всё.
С этого момента моя жизнь стала походить на сумасшедший дом.
Вы спрашиваете, почему?
Моя девушка бросила меня, застав в моей квартире Асмодея. Теперь она думает, что я – гей. На всякий случай – у нас с ним ничего не было.
Мне регулярно приходится общаться с медиумами и путешественниками по астралу. Они все сумасшедшие или притворяются таковыми. Я в курсе, что этим должна заниматься наша пресс-служба, но она до сих пор состоит из одного Велиала. У него тяжелый характер и к тому же ему не слишком нравится этим заниматься. Кстати, вот Вы какое издание представляете? Да-да, я именно к Вам обращаюсь. Не думаете сменить место работы?
Мое начальство может дернуть меня в любую минуту, но всегда занято в тот момент, когда мне нужно утвердить текст его личного комментария для СМИ.
Моя мама уверена в том, что я попал в секту «Фрилансеры Ада» и единственный способ вытащить меня оттуда – это устроить в офис на полный рабочий день. Вероятно, я плохой пиарщик, раз уж у меня не выходит объяснить ей, что никакой секты нет: все остальные сотрудники числятся в штате.
На дверце моего холодильника, там, куда нормальные люди магнитиками крепят детские рисунки и списки покупок, висит листок, на котором написано: «Важно!!! Сатана ест только апельсины!»
Впрочем, я не могу сказать, что мне это не нравится. Как говорит мой работодатель, «как минимум, это необычно».

Мужчина сидел над чашкой молча, сложив руки и закрыв глаза.
­ - Чего мы ждем? – спросил я, демонстративно глядя на часы.
­ - Он молится, – отозвался Сэм. – Я не вправе прерывать его.
­ - Может, тогда ты оставишь его в покое? – буркнул я. – Пусть за ним приходят сотрудники другого учреждения, а мы займемся пресс-конференцией.
­ - Нет, это наш клиент, – Сэм переступил с ноги на ногу. – Ты просто не слышишь, о чем он молится.
­ - И о чем же? – без интереса спросил я.
Мне хотелось спать, кофе и в туалет.
­ - Им всегда нужно одно и то же. Никто из них не просит у Него ума, доброты или, скажем, совести, – он ухмыльнулся. – О, нет! Самое популярное обращение к Нему звучит так: «О, Господи, пошли мне, пожалуйста, еще немного бабла!»
­ - Разве Он не в силах исполнить эту просьбу? – осторожно уточнил я.
­ - Бог не занимается баблом, – Ангел Смерти пожал плечами. – Фактически, это впрямую прописано в его соглашении с людьми – человек может служить или Богу, или Маммоне. Но вы – невероятные существа – почему-то уверены, что если кто-то имеет возможность дать вам денег, он морально обязан сделать это.
­ - Разве это так плохо, что надо однозначно считать этого человека вашим клиентом? – засомневался я. – Между прочим, я тоже не отказался бы от лишней штуки баксов.
­ - Потенциальным клиентом, – уточнил Сэм. – Впрочем, как и почти всякого человека. Возьми любого из шести миллиардов, наступи ему в трамвае на ногу, и он подумает: «Чтоб ты сдох, сукин сын!».
­ - Но ведь это только мысли, – сказал я.
Мужчина открыл глаза и поднял голову.
­ - Что ж… – Сэм пожал плечами. – Как мыслю, так и существую.
Минутная стрелка на часах припадочно дернулась и перескочила на следующее деление. И тогда он нас увидел: меня и кошмарного лохматого чувака с крыльями и при мече.
­ - Кто вы такие и как попали в мою квартиру? – возмущенно поинтересовался он.
­ - Мое имя Самаэль, – вежливо представился Сэм. – Я – ангел Смерти, который пришел за Вашей душой.
­ - А я с ним, – торопливо добавил я.
Собственно, а что еще я мог сказать? Не думаю, что ему пригодилась бы моя визитка.
­ - Что вы тут делаете? – требовательно спросил мужчина.
­ - Игорь Рогожин, сейчас, в соответствии с Законом, мой меч отделит вашу душу от тела. Вследствие этого вы умрете и попадете в Ад, – скучно произнес он. – Хотите ли вы что-нибудь сказать перед смертью?
­ - Я уже вызвал охрану, – ответил мужчина. – Возможно, это вы захотите рассказать мне что-нибудь любопытное.
­ - Очень рад, – не меняя выражения лица, сообщил Сэм. И ударил мужчину по голове своей невообразимой железкой.
Господин Рогожин скривился.
Господин Рогожин схватился за сердце.
Наконец, господин Рогожин упал. И остался стоять. Таким образом я одновременно видел сразу двух Рогожиных: одного, совершенно мертвого, и второго, посеревшего от страха, но вполне живого.
­ - Идемте, я провожу Вас, – сказал Сэм и подтолкнул стоящего Рогожина в спину.
­ - Но я не хочу никуда идти! – беспомощно возразил тот.
­ - Разве я спрашивал об этом? – поинтересовался Сэм. – Отныне вы будете делать не то, что хотите, а только то, что должны. Такая фишка.
­ - Но... – пробормотал свежеумерший господин.
­ - Тпру, – отозвался Сэм.
Ему следовало бы носить с собой набор смайликов из картона или пластика, чтобы люди видели, когда он шутит. Господин Рогожин вздрогнул.
­ - Не обращайте внимания, – сказал я. – У представителей дьявольских сил довольно специфическое чувство юмора.
­ - Скажите ему, что я не пойду! – возмутился Рогожин. – Я не желаю…
­ - Не спорьте с ним, – мягко сказал я. – Это его работа и он старается делать ее хорошо. Если вы не пойдете сами, ему придется гнать Вас.
Сэм положил руку на рукоять меча, и вид его оказался красноречивее моих слов.

Куски асфальта были живописно навалены с обеих сторон бездонной пропасти, вероятно, несколько минут назад возникшей посередине улицы Адмирала Макарова. Из пропасти кошмарно несло горелым рубероидом.
­ - Значит, у нас воняет? – уточнил я, обернувшись к Сэму.
­ - Да, – подтвердил он.
­ - А у вас? – спросил я.
­ - А у нас – пахнет, – ответил он. – Это вопрос привычки.
Господин Рогожин бросил на нас взгляд, исполненный дикого ужаса.
Он стоял на краю провала, такой смешной и нелепый в своем приличном костюме и ботинках, с дорогой ручкой в кармане пиджака, что на мгновение мне стало его жаль. Там, внизу, в традиционной тьме и столь же традиционном зловонии ждал его мой работодатель. Это входит в его должностные обязанности.
­ - Что... что мне нужно сделать? – спросил господин Рогожин. Голос изменил ему, сорвавшись в самом начале фразы.
­ - Прыгайте, – посоветовал ему Сэм. – Читали «Алису в стране чудес»? Вообразите себе белого кролика при часах и в цилиндре.
­ - Погоди, – остановил его я. – Мне нужно выяснить одну вещь.
­ - Валяй, – позволил Сэм.
­ - Господин Рогожин, уделите мне минутку? – спросил я. – Мы проводим опрос клиентов нашей компании. Всего один вопрос. Поучаствуете?
­ - Повышаете уровень сервиса? – с непередаваемой интонацией произнес господин Рогожин.
­ - Что-то вроде того, – улыбнулся я. – Вы ответите?
Он кивнул.
­ - Что бы вы сделали, если бы, будучи еще живым, доподлинно узнали о том, что ад существует? – спросил я.
­ - Всё, – не колеблясь, ответил он. – Всё, что было бы необходимо, чтобы не попасть в число.... клиентов вашей компании.
­ - Спасибо, – с чувством поблагодарил его я. Это было то, что нужно.
­ - Прыгайте, – повторил Сэм. Ему было скучно.
­ - Еще пару слов. Приватно, – попросил я.
Сэм отвернулся и демонстративно заткнул уши. Впрочем, не думаю, что это помешало ему услышать все, что его интересовало. Там, в Преисподней, не привыкли уважать чужое право на частную жизнь. Иногда мне кажется, что они вообще не знают, что это такое.
Я подошел к Рогожину вплотную и прошептал ему на ухо несколько слов. Тот посмотрел на меня, потом – на Сэма, потом – на провал.
И молча прыгнул.
Мы с Сэмом немного постояли и двинулись к офисному центру мимо сонных рабочих, куривших возле щита с надписью «Дорожные работы ведет ООО «Благие намерения». Приносим извинения за временные неудобства».
Солнце плевало нам в спины, ветер ерошил серые от пыли крылья Сэма, пускающего солнечных зайчиков в глаза прохожим лезвием своего меча. Прохожие недовольно щурились и лезли в сумки за темными очками.
­ - Три четверти наших клиентов попадают к нам только потому, что всегда лучше знают, как надо. Вы не имеете права находиться здесь, я вызываю милицию, я звоню своему адвокату, бла-бла-бла... – задумчиво сказал Сэм. – Гордыня – самый эффективный способ попасть в ад.
­ - Отличный слоган, – заметил я.
­ - Хочешь, я повторю это на камеру? – предложил он.
Я хотел, но мой мобильник пискнул – и разрядился. Почему-то они всегда делают это в самый неподходящий момент.

Проведение пресс-конференции с участием представителей ведущих журналов, газет и телеканалов, а также и блоггеров-тысячников должна была стать первым этапом грандиозной рекламной кампании «Ад – это просто!». Летнее затишье в светской жизни Москвы обеспечивало нам минимум конкуренции, а информационный повод обещал заинтересовать все мало-мальски уважаемые издания. Впрочем, Ангел Смерти прибыл в Москву в этот раз не только для того, чтобы побеседовать с журналистами.
Вряд ли избалованных столичных папарацци сильно заинтересовал бы дурно пахнущий мужик в потертой кожаной куртке и с крыльями, пусть даже и виртуозно владеющий мечом. Максимум, на что мы могли бы рассчитывать, выставив в качестве козыря одного только Сэма – это несколько записей в блогах и пачка новостей на соотвествующих тематике порталов. И, может быть, пара заметок в газетах в рубрике «Курьезы». По-хорошему, нам нужна была тяжелая артиллерия.
И я получил карт-бланш на ее использование.
Каждый день в ад попадает около пяти тысяч человек. Каждый из этих пяти тысяч, будучи спрошен о том, что бы он сделал, пока был жив, если бы точно знал, что ад существует на самом деле, ответил: «Всё, что поможет не угодить туда».
Последнее интервью я провел лично.
Пять тысяч из пяти тысяч – звучит несколько лучше, чем «около двадцати процентов опрошенных», а ведь и на этом некоторые строят свою рекламную кампанию. Несколько лет назад я разрабатывал стратегию продвижения для отечественного косметического бренда. Вы наверняка видели эту рекламу: «С Новейшим кремом для лица (ТМ) ваша кожа отлично увлажнена и морщины сокращаются на 62%!* Эффективность подтверждена тестами!»
Неплохие результаты, правда?
Особенно, если не иметь привычки читать все, что написано в самом низу плаката маленькими светло-серыми буквами. Часто там можно обнаружить нечто вроде «*указанный результат был отмечен у 40% по данным теста с участием 10 женщин, при ежедневном использовании средства».
Впрочем, в этот раз результаты опроса нам нужны были вовсе не для того, чтобы кричать о них по телевизору или упоминать в буклетах.
Кажется, я уже говорил о том, что истинные цели моего работодателя могут отличаться от тех, которые он декларирует?

Ангел Смерти полировал меч обрывком шерстяной безрукавки и отвечал на вопросы журналистов, а я, стоя за его спиной, бдительно следил за тем, чтобы он не свалял дурака.
­ - Как именно вы намерены доказать, что ад действительно существует и это не розыгрыш? – выкрикнула симпатичная высокая девушка в туфлях на платформе. Он представляла крупный интернет-портал для домохозяек.
­ - Вы попадете туда, – пообещал Сэм.
­ - Полагаю, только после смерти? – девушка хихикнула, выключила диктофон и принялась протискиваться к выходу.
­ - О, нет! – Ангел Смерти покачал головой и улыбнулся, уставившись в ее мгновенно напрягшуюся спину. Кажется, ему было весело, и это меня беспокоило. – Я полагаю, все вы слышали о людях, взятых живыми на небеса. Мы решили организовать для вас нечто подобное.
На ее изящной шее выступили капельки пота, а прочие журналисты явно заволновались. В зале началось брожение.
­ - Сэм, доброжелательнее, пожалуйста, – сквозь зубы процедил я, продолжая улыбаться собравшимся. – И не надо импровизировать.
Последним пунктом в моем списке стояла организация пресс-тура в ад. Нам не было нужды экономить – мы аккредитовывали всех, вне зависимости от наличия или отсутствия журналистского удостоверения, а также места работы. Но для того, что пресс-тур прошел успешно, необходимо, чтобы кто-нибудь в него поехал.
­ - Я хотел сказать, – поправился Сэм, – что наша компания намерена наладить прочные и взаимовыгодные связи со СМИ и блоггерами. Мы очень благодарны за все, что вы делаете для нас. Мы стремимся к большей открытости и полной прозрачности для наших клиентов. Именно поэтому мы готовы ответить на любые вопросы относительно нашей деятельности, дать любые комментарии и показать вам нашу компанию изнутри. Мы намерены пригласить вас в пресс-тур, который продлится два дня, чтобы вы своими глазами могли увидеть, что же на самом деле происходит в аду, взять интервью у наших клиентов и сотрудников. Разумеется, вам будет гарантирована оплата всех расходов, питание, транспортировка в ад и обратно, а также полная безопасность. Для того, чтобы принять участие в пресс-туре, нужно просто сказать о своем желании руководителю нашего пиар-отдела. Вот он.
И он ткнул в меня пальцем.
Нельзя сказать, чтобы я так уж гордился этой речью, но в ней были отражены все важные аспекты нашего предложения, поэтому я заставил Сэма выучить ее наизусть.
Зал забурлил, вопросы посыпались градом.
«Когда?»
«Как будет проходить...?»
«Что конкретно вы думаете показать?»
«Можно ли будет взять интервью у...?»
«Чем вызвано такое резкое изменение политики вашей компании?»
Микрофоны, диктофоны, фотоаппараты, мобильники, наладонники и ноутбуки – все это шуршало, щелкало и действовало. Мне вдруг показалось, что это они, эти современные гаджеты, прибыли на нашу пресс-конференцию, притащив с собой людей в качестве бесплатного приложения. Это в их электронную память будет записаны наши лица и слова, и именно там, а не в головах сопровождающих их людей, все это будет хранится, монтироваться и расшифровываться.
На мгновение мне стало страшно.
­ - В список заповедей следует внести еще одну, специально для журналистов, – негромко и очень мрачно прошептал Сэм. – Не п**ди.
­ - В смысле, не лжесвидетельствуй? – уточнил я.
­ - В смысле, держи свой рот закрытым, – отозвался он. – У меня в ушах звенит.
А впереди у нас был длинный и тяжелый день. Нам предстояло выдержать несколько больших интервью, четырехчасовые сьемки для Первого канала, пять штук фотосессий и банкет для журналистов в «Пушкине».
Последний пункт был особенно важен, поскольку мы рассчитывали на хорошую прессу.

Да, кстати...
Хотите знать, что я сказал Рогожину?
Я сказал: «Ад – это временно».
Было ли это правдой?
Вы что, серьезно думаете, что я отвечу честно?
Тогда, наверное, вы каждый день ждете, что с экрана телевизора чувак в рекламном ролике скажет вам: «На самом деле наш йогурт бесполезен. Если вас мучают запоры, обратитесь к врачу, а не жрите всякую пакость в красивых баночках!»
Мой работодатель не занимается правдой. Он реализует вечные муки.
Закажите прямо сейчас.

Мечи героев:

Меч Ангела СмертиМеч Ангела Смерти - смотреть

+7 (495) 210-45-02